Поиск по этому блогу

пятница, 9 июня 2017 г.

Наука и Здравомыслие ИЗБРАННЫЕ МАТЕРИАЛЫ / 2. ТЕРМИНОЛОГИЯ И ЗНАЧЕНИЯ / О семантических реакциях



2. ТЕРМИНОЛОГИЯ И ЗНАЧЕНИЯ

О семантических реакциях

Термин семантическая реакция фундаментален для данной работы и не-элементалистских систем. Термин семантический происходит от Греческого semantikos, значимый, от semainein отмечать знаком, значить; он был введён в литературный язык Мишелем Бреалем в его книге Essai de Semantique (Опыт Семантики). Этот термин по-разному использовали многие писатели в более или менее общем или узком смысле.

Проблемы значения очень сложны и слишком мало исследованы, но по-видимому, психологи и ‘философы не совсем разделяют отношение неврологов. Необходимо показать, что в [не-А]-системе, которая предполагает новую теорию значений, основанную на не-эл семантике, именно неврологическое отношение к значению это единственное структурно верное и наиболее полезное отношение.

Объяснение весьма простое. Мы начинаем с отрицательного [не-А] исходного положения о том, что слова  это не не-произносимый уровень объекта, который включает собственно объекты за пределами нашей кожи и наши личные ощущения под нашей кожей. Отсюда следует, что единственная связь между миром объектов и вербальным миром  исключительно структурная, из чего напрашивается заключение, что единственное содержимое всех знаний  структурно. Структура же может рассматриваться как комплекс отношений, и в конечном счёте, как многомерный порядок.

С этой точки зрения, весь язык можно рассматривать либо как имена для не-произносимых сущностей на уровне объекта, будь то вещи или ощущения, либо как имена для отношений. Помимо этого, даже объекты, как таковые, можно рассматривать как отношения между субмикроскопическими событиями и нервной системой человека. Если мы исследуем, что представляют последние отношения, мы обнаружим, что объект представляет абстракцию низкого порядка, созданную нашей нервной системой в результате воздействия субмикроскопических событий в качестве стимула на нашу нервную систему. Если объекты представляют абстракции некоторого порядка, то очевидно, если исследовать язык, мы обнаружим, что слова  это абстракции на порядки выше от объектов. При таких условиях, теория значения начинает виднеться естественным образом. Если объекты, как и слова, представляют абстракции разного порядка, индивидуум А не может знать, что абстрагирует Б, если Б ему не скажет, и поэтому значение слова должно быть дано с помощью определения. Это может привести к словарным значениям слов, если бы мы могли определить все наши слова. Но это невозможно. Если мы попытаемся это сделать, мы вскоре обнаружим, что исчерпали наш словарный запас, и должны были достигнуть набора терминов, которые нельзя больше определить, из-за недостатка слов. Таким образом, мы видим, что все лингвистические схемы, проанализированные достаточно глубоко, зависели бы от набора неопределённых терминов. Если исследовать значение слова, мы обнаружим, что оно зависит от значения других слов, которые используются для его определения, и что возможные новые отношения, установленные между ними, в конечном счёте зависят от м.п значений неопределённых терминов, которые, в определённый период, нельзя прояснить сколь-нибудь чётче.

Естественно, любая основательная теория значения не может обойти этот вопрос. В данном случае, напрашивается семантический эксперимент. Я проводил этот эксперимент множество раз на себе и других и неизменно получал схожие результаты. Для данного эксперимента нам не обязательно быть очень строгими, так как это может вызвать весьма серьёзные нежелательные сложности. Для эксперимента понадобится листок бумаги и карандаш, чтобы фиксировать его ход.

Мы начинаем с того, что спрашиваем о значении каждого произнесённого слова, и в ответах нас устраивают даже самые грубые определения; затем мы спрашиваем о значении слов, использованных в определениях, и этот процесс продолжается, как правило, не дольше десяти или пятнадцати минут, до тех пор пока жертва не начнёт говорить по кругу, например, определяя пространство длиной а длину пространством. На этой стадии мы достигаем неопределённых терминов данного индивидуума. Если мы продолжим требовать определений,  неважно, насколько мягко  происходит нечто интересное. Рано или поздно начинают проявляться признаки эмоционального беспокойства. Часто лицо краснеет; замечается физическое волнение, потливость  симптомы, которые могут проявляться у школьника, который не выучил урок, который он знает, но не может сказать. Если партнёр в эксперименте способен к само-наблюдению, он неизменно обнаруживает, что чувствует внутреннее аффективное давление, связанное, возможно, с притоком крови к мозгу, и, возможно, выразить это наиболее чётко можно, как то, что он каким-то образом “знает”, но не может сказать, или подобными словами. Таким образом, мы достигаем основания всех не-элементалистских значений  значений неопределённых терминов, которые мы знаем каким-то образом, но не можем сказать. Собственно, мы достигаем не-произносимого уровня. Это знание мы получаем через нижние нервные узлы; оно представляет аффективные влияния первого порядка, и переплетается с другими аффективными состояниями, такими, которые мы называем желаниями, намереньями, предчувствиями, оценкой, и другими. Стоит заметить, что эти влияния первого порядка обладают объективным характером, так как они не-произносимы, то есть, не являются словами.

Учитывая то что знания  это не не-произносимый уровень объекта, будь то объект, ощущение., структура, и соответственно отношения, становятся единственным содержимым знания и значений. На самом низком уровне нашего анализа, когда мы исследуем уровень объекта (в данном случае, не-произносимые ощущения), мы должны стараться дать определение каждому значению, как сознательному ощущению действительных, или предполагаемых, или желаемых., отношений, которые принадлежат к объективным сущностям первого порядка, включая психо-логические, и которые можно оценить по личным, разнообразным и расовым  опять же не-произносимым, первого порядка  физикофизиологическим влияниям. Так как отношения можно определить как многомерный порядок, где оба термина не-эл, применяя к чувствам и разуму, после именования не-произносимых сущностей, весь опыт можно описать с точки зрения отношений или многомерного порядка. Значения значений, в данном случае, в данном индивидууме, в данный момент, представляют смесь аффективных психо-логических конфигураций всех отношений, принадлежащих данному случаю, окрашенных прошлым опытом, состоянием здоровья, настроением момента и другими особенными обстоятельствами.

Если мы систематически применяем принцип организма-как-целого к любому психо-логическому анализу, мы должны в то же время рассматривать по меньшей мере оба аспекта, эмоциональный и интеллектуальный, и таким образом осознанно прилагать эмоциональные факторы к любой интеллектуальной манифестации, и интеллектуальные факторы к любому эмоциональному событию. Поэтому, на человеческих уровнях, эл термин психологический стоит упразднить и ввести новый термин  психо-логический, для того чтобы построить определённую науку.

Из того, что было сказано, мы видим, что не только структура мира такова, что она состоит из абсолютных индивидуумов, но и то, что значения в целом, и значения значений в частности  и последние, вероятно, представляют не-произносимые влияния первого порядка  схожи с обычными объектами абсолютной индивидуальностью уровня объекта.

Вышесказанное объясняет, почему за счёт неотъемлемой структуры мира, жизни и нервной системы человека, человеческие отношения настолько сложны; и почему нам стоит заглянуть под каждый камень, чтобы найти под изменяющимися явлениями более и более общие и неизменные основания, на которых можно построить человеческое понимание и согласие. В математике мы обнаруживаем единственную модель, в которой мы можем изучать неизменность отношений под трансформациями, и таким образом, необходимость в том чтобы будущие психо-логики изучали математику.

Из этих соображений следует, что любое психо-логическое событие имеет ряд аспектов: аффективный, интеллектуальный, психологический, коллоидный, и другие. Для психофизиологии, науки, которая приходит к теории здравомыслия, четыре вышеупомянутых аспекта выступают самыми важными. В силу того, что мы живём наши жизни на объективных, не-произносимых уровнях, а не на вербальных уровнях,  с точки зрения проблем оценивания  объективный уровень, включая наши не-произносимые ощущения, эмоции., это самый важный уровень, а наши вербальные уровни играют вспомогательную роль, часто полезную, но в настоящее время  вредную, из-за того, что не уделяется внимание с.р. Роль вспомогательных вербальных уровней полноценна, только если переводить эти вербальные процессы обратно во влияния первого порядка. Таким образом, посредством вербального взаимодействия, в основном, учёные открывают полезные абстракции первого порядка (объективные), и за счёт вербального общения, строится культура; но это происходит, только когда вербальные процессы затрагивают не-произносимые психо-логические манифестации, такие как ощущения, эмоции,.

Какого-нибудь необычного попугая можно было бы научить повторять всякую вербальную мудрость со всего света; но, если бы он вообще выжил, он бы оставался просто попугаем. Повторяющиеся звуки не сказались бы на его влияниях первого порядка  его влияниях  эти звуки ничего бы для него не значили.

Значения и значения значений, вместе с их неотделимыми аффективными компонентами, дают нам, не только не-элементалистское основание, от которого зависит культура и цивилизация, но и изучение не-эл механизмов значений с помощью психофизиологии и общей семантики, даёт нам также эффективные физиологические средства достижения множества желательных, и устранения большого количества нежелательных, психо-логических манифестаций.

Физиологический механизм крайне прост, и требует отказа от прежнего элементализма. Но для некоего определённого индивидуума, как правило, сложно вырваться из прежнего элементализма, так как он включает привычные с.р, и эффективность, неизбежно, требует некоторого вложения усилий. Мы обнаруживаем практический инструмент психофизиологии в семантической реакции. Это можно описать как психо-логическую реакцию данного индивидуума на слова, язык и другие символы и события в связи с их значениями, и психо-логические реакции, которые становятся значениями и относительными конфигурациями в момент, когда данный индивидуум начинает анализировать их, или кто-то делает это для него. Важно понимать, что термин семантический не-элементалистичен, так как включает совместно как эмоциональный так и интеллектуальный факторы.

С не-эл точки зрения, любой аффект, или импульс, или даже человеческий инстинкт, при его осознании, приобретает не-эл значения, и становится, в конечном счёте, психо-логической конфигурацией желательных или нежелательных для индивидуума отношений, таким образом показывая практический не-эл механизм. В психиатрии пытаются отыскать значения, которые пациент не осознавал, делая неосознанное осознанным, и посредством вербализации. Если попытка успешна и значения выявлены, они, как правило, принадлежат периодам незрелой оценки в жизни пациента. Затем, они сознательно пересматриваются и отвергаются, после чего, у данного пациента наблюдаются улучшения или же полное выздоровление. По-видимому, условие для успешного лечения подразумевает то, что процессы нужно проводить не-элементалистским способом. Простого вербального формализма не достаточно, потому что полные не-элементалистские значения не раскрыты для пациента; в итоге, в таком случае, на с.р не оказано влияние, и лечение терпит неудачу.
Не-эл изучение с.р становится крайне обобщающей научной дисциплиной. Изучение отношений, и соответственно порядка, знакомит нас с механизмом не-эл значений; и за счёт применения порядковой физиологической дисциплины, мы получаем психофизиологические средства, которыми можно существенно повлиять, обратить, или даже полностью избавиться от нежелательных с.р. В психофизиологии мы обнаруживаем не-эл физиологическую теорию значений и здравомыслия.

С данной точки зрения, любые аффективные психо-логические отклики на слова и другие стимулы, в которых участвуют значения нужно считать с.р. Какое может быть отношение между такими откликами и соответствующим устойчивым психо-логическим состоянием, на данный момент не известно, но некоторые наблюдаемые факты дают основание предполагать, что пере-обучение с.р. приводит к выгодным изменениям в некоторых из этих состояний. Но в этой области требуются дальнейшие исследования.

Понимание этой разницы важно на практике, потому что большинство этих психо-логических проявлений могут, при рассмотрении, считаться вызванными неким событием, и поэтому их называют откликами или рефлексами. Такой отклик, когда он длится, стоит называть данным состоянием, пожалуй семантическим состоянием, но не семантическим рефлексом. Термин семантическая реакция, будет использован, как подразумевающий как семантические рефлексы, так и состояния. В данной работе нас интересуют с.р, с психофизиологической, теоретической и экспериментальной точек зрения, которые включают соответствующие состояния.

Если, например, утверждение или любое событие привлекает внимание индивидуума, или вызывает один ряд ассоциаций в предпочтение другому, или зависть, злость, страх, предрассудки., мы говорим обо всех таких откликах на психо-логическом уровне как о с.р. Если стимул имелся в наличии, и последовал отклик, по определению, мы должны говорить о реакции. В силу того, что активным фактором в стимуле послужили индивидуальные значения данного человека, и его отклик имел значения как эффект первого порядка, мы называем реакцию семантической реакцией.

Данная работа написана полностью с точки зрения с.р; поэтому работа с этим материалом, и используемый язык, подразумевают, в целом, психо-логический отклик на стимул в связи со значениями, и этот отклик выражается такими словами как подразумевает, следует, становится, вызывает, приводит, ощущается, реагирует, оценивает, и многими другими. Все данные взятые из науки  отобраны, и в общем описании приведены лишь те, которые прямо служат факторами в с.р. Для индивидуума, значения зависимы, за счёт влияния среды, образования, языков и их структур, и других факторов, от расовых значений, называемых наукой, которые, до значительной степени, по причине структурного и относительного характера науки, становятся физиологическими семантическими факторами реакций. Более того, науку, математику, логику., можно рассматривать с не-элементалистской точки зрения как обобщённые результаты семантических реакций, приемлемые большинством информированных и не слишком патологических индивидуумов.
Наглядно, текущая стадия человеческого развития такова, что за малым числом исключений, наши нервные системы не работают надлежащим образом, адекватно их структуре выживания. То есть, не смотря на то что у нас есть потенциал надлежащего функционирования в наших нервных системах, в силу пренебрежения механизмом-контроля наших с.р, в наших реакциях возникают семантические обструкции (блокировки), которые предотвращают более выгодные манифестации.

Данный анализ показывает эффективный механизм контроля и обучения с.р, и то, что посредством надлежащей оценки, множество нежелательных манифестаций на психо-логическом уровне можно трансформировать в желательные. Когда мы имеем дело с таким фундаментальным экспериментальным вопросом как с.р, которые сопровождают нас с рассвета человечества, мы не можем постоянно говорить что-то новое. Часто, рассматриваемые проблемы становятся здравым смыслом; но какова польза, на практике, от этого здравого смысла, если мы редко, или вообще никогда его не применяем, потому что не можем, из-за недостатка подходящих психофизиологических формулировок? Например, что может быть проще и более очевидно относится к здравому смыслу, чем [не-А] положение о том, что объект  это не слова? Однако, насколько мне известно, никто в полной мере это не применяет, или полностью не развил соответствующую с.р. Если сначала не научиться этой новой с.р, эту ошибку и соответствующую с.р невозможно наблюдать у других. Но как только мы натренировались, она становится настолько очевидной, что её невозможно упустить. Мы увидим далее, что старые с.р обусловлены недостатком структурных исследований, старой структурой языка, недостатком осознанности абстрагирования, условностью низкого порядка наших условных реакций (включая семантические), и множеством других важных факторов. Во всех научных открытиях фигурируют с.р, и как только они сформулированы, и новые реакции приобретены, открытия становятся здравым смыслом, а мы часто спрашиваем, почему у нас ушло так много времени на эти открытия, не смотря на их очевидность. Эти объяснения приведены, потому что они тоже включают некоторые с.р; и мы должны предупредить читателя, что такие оценки (с.р), как: “Ой, да ну?”, “Это даже дети знают.”, очень эффективно предотвращают обучение новым реакциям. Именно поэтому “открытие очевидного” часто так сложно осуществить; оно включает множество семантических факторов новой оценки и значений.

Более полной оценки в данное время можно достичь только на расовых основаниях в двух или более поколений, и никогда на индивидуальных основаниях; что, конечно, губительно для личной общей адаптации и счастья. Схожим образом, только изучая расовые достижения, называемых наукой и математикой мы можем обнаружить надлежащие с.р и нервный механизм этих настолько разнообразных, гибких, и настолько фундаментальных реакций.

К тому же, в отсутствие структурной формулировки и [не-А] пересмотра, основанных на изучении науки и математики, представляется невозможным обнаружить, контролировать или научиться этим с.р. По этой причине, было необходимо проанализировать семантические факторы в связи с краткими и простыми соображениями, взятыми из современной науки. Как только всё сказано и сделано, и важные семантические факторы обнаружены, проблема становится значительно проще, а решение легко применимым, даже малообразованными людьми. Кроме того, так как объективные уровни не являются словами, единственная возможная цель науки заключается в том чтобы обнаружить структуру, которая, будучи сформулированной, всегда проста и понятна всем, за исключением, конечно, крайне патологических индивидуумов. Мы уже видели, что структуру стоит рассматривать как конфигурацию отношений, и что отношения представляются основными факторами в значениях, и таким образом, семантических реакций. Данное исследование, будучи структурным, выявляет важные факторы семантических реакций. Последствия весьма просты, но крайне важны. Мы видим, что с помощью простого структурного пере-обучения с.р, которые у большинства людей до сих пор находятся на уровне копирования животных в их нервных реакциях, мы оказываем существенное влияние на с.р, и таким образом можем передать всем, в наиболее простом обучении семантических реакций ребёнка, культурные результаты на данный момент, которые иногда приобретаются неосознанно и болезненно в университетском образовании.

Важно придерживаться не-эл перспективы и терминологии организма- как-целого, потому что они представляют наиболее важные факторы в наших с.р. Иногда возникает необходимость выделить источник, или относительную важность, данного аспекта импульса или реакции, или перевести для читателя язык, с которым он не полностью знаком, на тот, к которому он больше привык. В таких случаях, я пользуюсь старыми эл терминами в кавычках, чтобы показать, что я не исключаю другие аспекты  как это бы предполагалось при использовании старых терминов.

Стоит акцентировать важный момент; а именно то, что проблемы фундаментально просты, потому что они схожи по своей структуре со структурой знаний человека и с нервной структурой, от которой так называемая человеческая природа зависит. Учитывая эту схожесть, безусловно важно полностью ознакомиться с этими новыми терминами новой структуры и пользоваться ими регулярно, и только тогда последуют выгодные результаты. У всех языков есть некая структура; и поэтому во всех языках автоматически участвуют взаимосвязанные с.р. Любой, кто попытается перевести новый язык в старый, думая старыми терминами, испытывает неврологические сложности, которые ведут к безнадёжной растерянности. Читатель должен иметь ввиду, что он может совершить такую ошибку.

Данная система представляет собой взаимосвязанное целое: начало предполагает конец, а конец предполагает начало. В силу этой характеристики, эту книгу стоит прочесть по меньшей мере дважды, и не откладывать на долго. Я не рекомендую ограничиваться лишь поверхностным прочтением.


http://gs-rus.blogspot.com/2017/07/2.html

Комментариев нет:

Отправить комментарий