Поиск по этому блогу

вторник, 14 ноября 2017 г.

Смелее к Вопросам: Глава 15 / Тупики и ложные повороты на пути изучения человека



Тупики и ложные повороты на пути изучения человека

Человек уже давно стремиться познать себя. Различные дисциплины, посвящённые изучению человеческого поведения, по прежнему многообразны и, в некоторой степени, разделены. У людей и их поведения есть множество измерений. Маловероятно, что какая-то одна модель или один конкретный метод поможет разложить все его аспекты по полочкам. Тем не менее, попытки объединить различные подходы могут помочь нам увидеть более широкие панорамы, если конечно исследователи не поспешат закрыть вопросы, основываясь на ограниченных взглядах. Роберт Антон Уилсон и Абрахам Маслоу предупреждали нас об опасностях “моделетеизма” и “методопоклонства”, когда исследователи принимают свои ограниченные карты за неограниченную территорию.

Мы живём в интересное время, когда между исследованиями в области биологии и психологии начинают воздвигаться мосты. Наряду с некоторыми многообещающими подходами к более глубокому общему пониманию того, что нами движет, некоторые обескураживающие тенденции, намекают на то, что нас ждут тупики и ложные повороты – препятствия на пути формулировок – которые могут создать учёные, незнакомые с эпистемологией.

Попытки выстроить социобилогию (которую теперь именуют эволюционной психологией) до сих пор продемонстрировали больше оценочной закостенелости, нежели знаний эволюции или человеческой психологии. Догадки и домыслы, основанные на шатких данных часто преподносили с необоснованной определённостью, не уделяя достаточно внимания альтернативным объяснениям.

Например, Стивен Пинкер – ярый противник того, что он называет “Стандартная Модель Социальных Наук”. Эта модель, по словам Пинкера, считает человеческий мозг бесконечным “белым холстом”, на котором оставляют следы стимулы среды. Такой стереотип поддерживает очень мало учёных из областей исследования общества и поведения. Моделетеистическая версия генетического детерминизма Пинкера, однако, по-видимому, нуждается в антагонисте – в равной степени крайностном детерминизме от среды – который он, возможно нашёл в долгих ящиках научного сообщества. Ни одна из крайностей не заслуживает серьёзного рассмотрения.

В начале 20го века Коржибски и его Друзья, генетик Кэлвин Бриджес и зоолог Герберт Дженнингс, помимо других, предупреждали нас об “ошибках, при которых характеристики организма считаются разделимыми на два определённых класса; одни, которые происходят от наследственности, другие – от среды...” Не смотря на признание этого, многие так называемые эволюционные психологи на деле не говорят и не пишут так, как если бы они об этом знали. Вместо этого, они разделяют человеческое поведение на факторы среды и генетики простейшим аддитивным способом. То, что могло бы стать фактором расширения человеческих знаний, грозит стать псевдонаукой, перед которой университеты распахнут двери.

Чрезмерное упрощение знаний Пинкера и некоторых его коллег эволюционных психологов об эволюции и генетике, их бесцеремонное пренебрежение другими точками зрения и их неуместная склонность полагаться на неадекватные взгляды на язык и другие аспекты человеческого поведения могут поспособствовать более широкому распространению пренебрежения важными альтернативными моделями поведения. Человеческая пластичность / способность реагировать на культурное научение – наш время-связующий потенциал – до сих пор всецело важна для понимания того, что мы делаем, и происходит она от комплексных средо-генетических факторов. (Не-элементалистский термин “средо-генетический” ввёл Кэлвин Бриджес.)

Не смотря на заявления некоторых эволюционных психологов о своих знаниях, никто до сих пор (на 2003 год) не нашёл полностью отдельный модуль в мозге или полностью отдельный ген / комплекс генов, ответственный конкретно за язык или другую комплексную форму человеческого поведения. Связи и взаимодействия между генами, средой и поведением только начинают поддаваться пониманию с помощью не-элементалистских моделей развития. Тем не менее, недостаток свидетельств, по-видимому, не заставил Пинкера и его приятелей энтузиастов остановиться и поразмыслить над основаниями их элементалистских, но достоверно звучащих заявлений о том, как работает разум с точки зрения языковых инстинктов, внутренне присущих модулей разума, грамматических генов, гомосексуальных генов, и т.д. И они называют это наукой о мышлении?

Исследования сознания открывает ещё одну область наук о человеке, в которой оценочная путаница, возможно, привела к замедлению, остановке или даже обратному росту знаний. В оставшейся части этой главы я поговорю о некоторых проблемах формулировок, связанных с научным исследованием сознания.


http://gs-rus.blogspot.com/2017/11/15_6.html


Комментариев нет:

Отправить комментарий